Тема следующего номера журнала «Мир Кадастра»  «Говорят, под Новый год»

Кадастр в лицах

Рубрика «Кадастр в лицах» создана для того, чтобы показать насколько велико человеческое многообразие даже в разрезе отдельно взятой профессии кадастрового инженера и всех, кто связан со сферой кадастра.

 

 

ддв 

Сегодня в нашей рубрике заместитель генерального директора СРО "Кадастровые инженеры юга",

Доброскок Дарья Владиславовна

 

— Какое у Вас образование?

— Учитель биологии.

 

— Неожиданно! А как пришли в сферу кадастра?

— В эту сферу я пришла в 1998 году в филиал Федерального кадастрового центра «Земля «Институт геоинформационных систем ФКЦ „Земля“» оператором.

 

— А учителем биологии успели поработать?

— Конечно, я работала в разных школах, вела занятия с 1 по 11 класс.

 

— Что заставило бросить такую прекрасную профессию?

— Повышение заработной платы, которое сопровождалось изменением коэффициента по разряду, потеря зарплаты после повышения составила около 400 рублей, что для 1998 года не мало. Надо было как-то жить, растить дочь, поэтому освоила компьютер и пошла работать оператором. По ходу самостоятельно учила картографию, топологию, дешифровку.

 

— Для того, чтобы дальше продвигаться, или потому что было интересно?

— Оба фактора. Я должна была понимать, что я делаю. В течении года занималась оцифровкой: ортофотопланы, основы для дежурных кадастровых карт, и даже первые кадастровые деления. В 1999 году в рамках федеральной целевой программы по созданию автоматизированной системы ведения государственного земельного кадастра началась переподготовка кадров системы РосЗемКадастра. Уже были регистрационные палаты, существовали земельные комитеты и начали создаваться кадастровые палаты. Требовались учителя для проведения курсов повышения квалификации по всей стране, и в нашем филиале был создан учебный отдел. Так как у меня педагогическое образование — я стала учителем-мультипликатором. С этого момента я вступила в стезю обучения сотрудников системы РосЗемКадастра. Потом я перешла в Центральный аппарат ФКЦ «Земля» в учебный центр на руководителя сектора дистанционного обучения.

 

— В саму идею дистанционного обучения верите?

— Да, взрослому человеку, который уже умеет учиться, только нужно дать план действий и источники получения информации. Если человек заинтересован в получении знаний — он их получит, для себя, а не для преподавателя. В декабре уже 2008 года меня пригласили главным технологом в Кадастровую палату по Московской области. Это был период перехода на централизованный учет. Я знала хорошо технологию и программный комплекс, понимала, как все это должно быть с точки зрения теории, стало интересно, а как же все получится на практике. Два года я там отработала: самый живой, напряженный и интересный период моей работы.

 

— А, если на пальцах, что вы там делали?

— Сначала обучение сотрудников Кадастровой Палаты, распределение ролей, перевели постепенно три района: делали все так как надо, чтобы без ошибок, с медленным, но правильным переносом сведений из предыдущего программного комплекса в действующий. Радует то, что в настоящее время по этим трем районам минимальное количество жалоб и обращений, потому что в тот момент перехода была правильная технология переноса сведений и исправления всех ошибок переноса.
В дальнейшем темп перевода районов на централизованный учет нарастал, пошла гонка за скоростью, а не качеством. Я уже не видела, что смогу сделать там полезного и вернулась обратно в ФКЦ, где занималась внедрением АИС ГКН в регионах в течение года, а в 2012 году создана была Федеральная кадастровая Палата.
В центральный аппарат меня пригласили заместителем начальника управления кадастрового учета земельных участков. Я с радостью согласилась. Работа было интересная, много, создавался новый коллектив. Много было разных реорганизаций, в результате через 5 лет в 2017 году стала начальником управления кадастрового учета, в котором были отделы, которые занимались кадастровой оценкой, взаимодействием с кадастровыми инженерами, методическими разработками, готовили ответы на обращения граждан и кадастровым учетом в кадастровом округе «Общероссийский».

 

— В чём для вас главный интерес в работе?

— Я должна видеть результат. Большую часть времени человек проводит на работе, поэтому работать «в стол», и не получать морального удовлетворения от работы, это преступление перед собой. Тогда не понятно, зачем ты живёшь?

 

— А у вас оставалось время на какую-то жизнь вне работы?

— Если только в ущерб работе. Нужно было бы посидеть до 20–21, а я вставала и уходила в 18 на концерт. Не часто конечно, но бывало. Работы много всегда, а концерты, которые интересны, — редко.

 

— Как вы любите отдыхать?

— Концерты, театр, люблю вязать и крючком, и спицами, готовить, а больше всего люблю общаться со своими родными дома, особенно с внуками.

 

— Как из Палаты вы попали в СРО?

— В один день было принято решение уйти, так все сложилось, что дальше работать на прежнем месте я не хотела категорически, а дальше разослала всем своим знакомым информацию, что я освободилась и, если нужны мои мозги, берите, я ваша навеки. Галина Дмитриевна меня пригласила в марте 2019 в СРО.

 

— Какое первое впечатление быть по другую сторону? Как вам в СРО?

— Если говорить об отношении коллектива к работе и между собой, то надеюсь меня поймут мои ровесники: меня отбросило в 80-е, когда в пионерской организации у всех горели глаза, когда все делают общее дело, наперегонки вырывая друг у друга работу, и от этого испытывают кайф. Энергетика от этого такая идёт, что хочется в этом вариться всё больше и больше! И первое впечатление за полгода не рассеялось, я безумно счастлива, что оказалась в такой команде. Хотелось бы остаться тут надолго.

 

— А где было сложнее всего работать?

— В центральном аппарате Кадастровой Палаты: большая ответственность за большое количество людей, задачи не всегда понятны, много рутинной работы, цель которой не всегда понятна.

 

— Ваше мнение насчет саморегулирования: профанация?

— Нет, сама по себе хорошая мысль. Люди, которые непосредственно работают на полях, не имеют, возможно, желания, возможности, времени постоянно повышать свою квалификацию, обмениваться с коллегами информацией по решению не всегда простых задач, которые возникают в работе. И им приходится открывать велосипед для себя лично, в то время как решение возможно уже найдено. СРО, на мой взгляд, платформа, где все это может аккумулироваться, и которая может, в том числе устраивать рождение каких-то новых идей для дальнейшего развития направления, в котором работают члены СРО.

 

— Какую основную задачу СРО Вы видите?

— Контроль, но не для цели наказания, а контроль для определения проблем в работе членов СРО для того, чтобы подумать и найти пути ее решения. Далее либо подготовить и донести до членов СРО методические разъяснения, как выйти из сложной ситуации, либо обратиться в вышестоящие организации с предложениями, какие изменения в законодательство нужно внести, чтобы всем стало легче жить. По сути законы пишут теоретики, поэтому они часто не работают. А здесь есть возможность практику заявить о себе и предложить как та или иная норма будет работать.

 

— Как думаете, мы придём к одному СРО в сфере кадастровой детальности?

— У нас большая страна, так что нет, может 2 — 4. И они не должны быть конкурентами, только партнёрами. Методические группы разных СРО должны работать вместе.

 

— Отмена разрешения на строительство — это облегчение для граждан или для государства? Почему?

— Облегчение для всех. Для государства, потому что убирается огромная бумажная волокита и нагрузка на органы архитектуры, им есть чем заняться. А на граждан, потому что какой смысл получать разрешение на строительство, если гражданин ещё не знает свои точные планы, и, самое главное. возможности. Большинство строят по мере появления денежных средств и проекты меняется в зависимости от наличия или отсутствия этих средств.

 

— Что вы думаете о дачной амнистии?

— В оформлении садового дома моя семья ею воспользовалась. Но хочу сказать, что она не до конца продумана в части оформления земельных участков. Указали «с потолка» цифру 10% увеличение площади от имеющейся при наличии доказательств, но я знаю реальные случаи, когда у нас, например, в деревне документы дали на «нарезанные» на бумаге по 15 соток, а в жизни это участки, где стоят дома и сады-огороды под 20–30 соток. И Участки между дорогой и полем, которое обрабатывается. То есть границы определены на местности. Получается, что такие участки всегда будут с нарушением закона. Мне не понятно, почему государство не пошло дальше по постановке на учёт ранее учтённых объектов в фактических границах, если нет никаких возражений со стороны всех, включая администрацию. Я не говорю о самозахватах, особенно за счет соседей — это недопустимо. Так что то, что сейчас, больше похоже на частичную амнистию.

 

— С этого года исчезло понятие дача. Как оформить права тем, у кого не садовый дом, а именно дача, с земельным участком под дачи?

— У нас теперь всё это считается садоводством, земельный участок надеюсь, что в собственности. Значит есть свидетельство на право собственности, земельный участок ранее учтенный. Человек имеет право поставить на учёт свою дачу, назвав её — садовый дом. Заполняется декларация и пишется заявление как на садовый дом.

 

— По градостроительному кодексу ИЖС и жилой дом — это одно и тоже. Это означает, на Ваш взгляд, что жилых домов со встроенными нежилыми помещениями быть не может?

— Этот тот самый случай, когда теория оторвана от практики. В законе если это жилой дом, то в нём в принципе не может быть никаких помещений. В реальности мы знаем, что есть жилые гаражи (первый этаж — гараж, второй-жилое), есть жилые помещения, где на первом этаже магазины. Но на данный момент ситуация такова, что на учёт ставится именно жилой дом, без помещений.